Окончание. Начало читайте Есть партнёрство...
Помимо независимой финансовой инфраструктуры, не зависящей от Запада, и сопутствующих инструментов для поддержки международной торговли, сегодня вместе с Ираном Россия, по сути, создаёт совершенно новую континентальную транспортную артерию — Международный транспортный коридор Север — Юг, который становится центральной логистической осью Евразии. В целом обе страны заинтересованы в налаживании многостороннего сотрудничества и реализации совместных интеграционных проектов со всеми конструктивно настроенными странами.
- Военно-техническое сотрудничество между Тегераном и Москвой оценивается как находящееся на хорошем уровне, особенно в последние годы. Можно ли учитывать этот вид сотрудничества в рамках соглашения о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве между Ираном и Россией, которое было подписано 17 января 2025 года?
Российско-иранское взаимодействие в военной сфере и в области военно-технического сотрудничества — явление не новое, оно осуществляется на протяжении многих десятилетий, что важно, в полном соответствии с международным правом и не направлено против интересов третьих стран. Разумеется, этому уделяется внимание в нашем новом стратегическом договоре.
Договор содержит статью о недопустимости оказания военной или иной помощи агрессору в случае нападения на одну из сторон. Договор охватывает такие сферы, как подготовка военнослужащих, обмен курсантами и инструкторами, визиты военных кораблей в порты друг друга, участие в оборонных выставках, проведение совместных спортивных и культурных мероприятий, морские операции по оказанию помощи и спасению, борьба с пиратством и вооружённым разбоем на море. Кроме того, в интересах поддержания мира и безопасности в регионе договор предусматривает проведение военных учений на территориях сторон, а также консультаций для противодействия общим военным угрозам и рискам для безопасности. В целом договор систематизирует и кодифицирует области сотрудничества, которыми мы занимались в последние годы.
- Как подход президента США Дональда Трампа к решению украинского вопроса и возможное соглашение с Тегераном могут повлиять на ирано-российские отношения на международном уровне?
Я должен подчеркнуть, что отношения между нашими странами прочные, стратегические и не подвержены влиянию текущей международной ситуации. Это основополагающие принципы, определённые высшим политическим руководством обеих стран.
Мы выступаем за политико-дипломатическое урегулирование вопроса о ядерной программе Ирана на условиях, приемлемых для наших друзей в Тегеране, включая отмену незаконных односторонних санкций. При необходимости мы готовы оказать нашим партнёрам необходимую помощь, учитывая наш опыт и решающий вклад в заключение «ядерной сделки» в 2015 году.
Мы благодарны нашим иранским друзьям за их объективную и взвешенную позицию по ситуации на Украине. Мы продолжаем контакты с представителями администрации США по украинскому кризису. Мы подробно объясняем его первопричины и генезис. Мы разъясняем наше видение параметров урегулирования с учётом законных интересов России, в первую очередь в сферах безопасности и защиты прав человека. Похоже, что наши американские собеседники стали лучше понимать нашу позицию. Есть признаки того, что мы движемся в правильном направлении.
- Учитывая потенциальные области сотрудничества между Ираном и Россией, следует ли рассматривать позицию Тегерана во внешней политике Москвы как зависящую от балансирования России в глобальной системе, или же необходимо расширять сотрудничество и повышать статус Ирана во внешней политике России?
Я частично ответил на ваш вопрос в предыдущем комментарии. Российско-иранские отношения самодостаточны. Несомненно, нам ещё многое предстоит сделать, чтобы привести торгово-экономическое сотрудничество в соответствие с потенциалом наших стран. В то же время, если проанализировать весь спектр отношений, становится ясно, что иранское направление является одним из важнейших приоритетов внешней политики России. Это определяется как статусом Исламской Республики как крупной региональной державы, так и её международным положением, учитывая её полноправное членство в ШОС, приглашение в БРИКС и статус наблюдателя в ЕАЭС. Чтобы понять, какое внимание руководство наших стран уделяет двустороннему сотрудничеству, я хотел бы ещё раз обратить ваше внимание на динамику контактов на высоком уровне. На мой взгляд, здесь всё ясно.