Сегодня мало кто знает, как в январе 1905 года, за три дня до Кровавого воскресенья пушка ударила картечью по Иордани на Неве. В причинах того, что привело к расправе с рабочими демонстрациями 9 января 1905 года историки разбираются до сих пор, но о том, что стало одним из поводов к «жёстким мерам», многие годы было принято молчать.
Всё произошло 6 января того же 1905 года, при огромном стечении народа во время церемонии Крещенского водосвятия, на Дворцовой набережной Невы. Едва ли не прямо по высочайшей процессии во главе с Николаем II шарахнуло картечью. Выстрел сделала одна из пушек, подготовленных к салюту, практически с питерской стрелки – от здания биржи.
Стрельба, до салюта, вообще-то должна была быть холостой, но следствие почти сразу предпочло назвать её «случайной». Картечь прилетела в тот момент, когда участникам празднования надо было спускаться к Иордани - полынье на Неве, от центрального, как раз Иорданского входа в Зимний дворец. Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Антоний в тот момент уже начинал совершать обряд освящения.
Никто из августейшей семьи не пострадал, пробитым картечью оказался лишь императорский штандарт вместе с царской палаткой. Пострадал и Зимний дворец, где были выбиты четыре окна и повреждены колонны. Погиб только городовой по фамилии Романов – от прямого попадания картечной пули в глаз.
Николай II, у которого над головой пролетели несколько пуль, сохранил предельное внешнее спокойствие, однако последующий сбор в беседке у полыньи ему пришлось отменить. Обязательный парад император всё же принял, но происшедшее первым делом побудило его с семьёй к отъезду из столицы в Царское село. В Петербурге на хозяйстве остался дядя императора – великий князь Владимир Александрович, главнокомандующий Гвардии и Санкт-Петербургского военного округа.
Ранее великому князю уже сообщали о готовящемся народном шествии к Зимнему дворцу во главе со священником Гапоном. Ни о каких угрозах и провокациях в докладах полиции и органов сыска не говорилось - им об этом ничего известно не было. Расследование было продолжено, и командир артиллерийского расчёта, который произвёл неудачный выстрел, ставший роковым для «другого Романова», покончил с собой. Кто-то из солдат и командиров, открывших пальбу, попал под арест с определением – «за небрежность».
Версии с покушением на государя, организованным анархистами, эсерами ил хуже того – кем-то из окружения царя, не подтвердились. Однако под впечатлением крещенского выстрела после целой серии убийств и покушений, в том числе на министров и губернаторов, с демонстрантами решили «не церемониться». В столицу оперативно ввели дополнительные войска для охраны Зимнего дворца. И случилось то самое «Кровавое воскресенье».