Из архивов, конечно, хотелось бы полднять очень многое, если не всё. Но... сегодня выбор пал на почти олимпийскую историю, которую костромская "Северная правда" опубликовала уже через годы после Московской олимпиады - лучшей в истории. Итак,...
История одного молота
Это
произошло более 20 лет назад (теперь позади уже около 70-и – ред.), когда,
готовясь к Олимпиаде в Мельбурне, в Ташкент приехали лучшие советские
легкоатлеты, чтобы провести отборочные соревнования. Среди них заметно
выделялась фигура Михаила Кривоносова. Его имя, уже много лет окружённое
ореолом славы, приковало к соревнованиям внимание специалистов и болельщиков.
Обладавший незаурядными физическими данными, неоднократный рекордсмен страны и
мира, Кривоносов был бесспорным фаворитом команды.
Незадолго до соревнований Кривоносов выбрал себе снаряд: семикилограммовый шар из чистой бронзы.
Именно этот снаряд, со свистом рассекая воздух, пролетел над зелёным ковром стадиона и приземлился на отметке 67,32 метра. Новый мировой рекорд!
Возможно, сегодня, когда показатели в этом технически сложном виде спорта прогрессируют с невероятной быстротой и результат москвича Бориса Зайчука, метнувшего молот на 80,14 метра, побит в прошлом году спортсменом из ФРГ Карлом Хансом Римом с результатом 80,32 метра, рекорды прошлого никого не удивят. Но два десятилетия назад подобные результаты казались чуть ли не пределом человеческих возможностей..
Интересная деталь: за двадцать лет до Ташкента блестящий бронзовый шар уже приземлялся за отметкой наивысшего спортивного достижения в мире. И лишь один из присутствовавших на соревнованиях знал об этом. Его звали Семён Трощенко.
В довоенном Ленинграде любителям спорта было знакомо это имя. Семён Трощенко играл в волейбол, прыгал в высоту, метал молот. Началась война, и он надел шинель солдата.Военная судьба привела Трощенко в мае 1945 года в Берлин. В один из свободных дней он оказался на Олимпийском стадионе.
Семён сразу же направился к сектору метаний. Скинул гимнастёрку, пробежался по гаревой дорожке для разминки. Потом взял в руки чугунный шар, найденный неподалёку и метнул его. Он и не заметил, как вокруг сетки собралась толпа зрителей. Солдаты подбадривали его, кричали: «Давай! Давай!». И спорсмен метал и метал, до тех пор, пока не выбился из сил.
Когда, усталый, он вышел из круга, к нему подошёл старик-немец, сторож стадиона. Старик взял с земли чугунный снаряд. Повертел его, со знанием дела осматривая со всех сторон. Потом жестами пригласил Трощенко следовать за ним.
Они
попали на какой-то склад. Прошли несколько тёмных, заваленных пустыми бочками
помещений и оказались перед стеной. На ней висели два превосходных спортивных
снаряда из бронзы. Наш спортсмен это определил сразу. А немец объяснил, что
один из них принадлежал Эрвину Бласку, рекордсмену мира (на фото справа), и что он дарит его
солдату. Трощенко поблагодарил старика. Положил молот Бласка в вещевой мешок и,
затянув покрепче лямки, взвалил на плечо.
Так спортивный снаряд оказался в Ташкенте, куда привёз его Трощенко после демобилизации и где стал работать тренером.
На стадионе «Пахтакор» и сейчас хранится этот старый бронзовый молот. Старания спортсменов и время сделали своё дело: снаряд деформировался, пришёл в негодность. А историю этого молота мне рассказал спортивный комментатор местного телевидения и радиовещания Наркас Мулладжанов, ученик Трощенко.
Рассказ заинтересовал, захотелось узнать подробности, и это привело меня на тихую московскую улочку в квартиру старейшего спортсмена, знатока лёгкой атлетики Бориса Львова.
Мы рассматриваем альбом, изданный в честь Берлинской Олимпиады 1936 года. Находим графу «молот». А вот и кадры людей, имеющих отношение к истории бронзового снаряда. Карл Хейн и Эрвин Бласк. Спустя два года Бласк превысит мировой рекорд, а здесь он второй. Бласк позирует. А в вытянутой руке спортсмен держит отливающий на солнце молот.
На следующее утро я позвонил на кафедру лёгкой атлетики Минского института физкультуры. К телефону подошёл заведующий – Михаил Кривоносов.
Спрашиваю, помнит ли он снаряд, который метал на соревнованиях в Ташкенте. – Конечно, помню, - отвечает в трубке густой бас. – Оригинальный был молот. Мне его тогда Мулладжанов, ташкентский метатель, дал для соревнований. Результат, как сейчас помню – 67,32.
И тогда я рассказал Кривоносову историю молота.