Удары по терминалам Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), вину за которые частично признали в Киеве, оказались только началом. Затем последовали атаки на танкеры с нефтью из Казахстана. За них отвечать на Украине, судя по всему, не собираются, делая вид, что это результат ошибки – в лучшем случае, а в худшем и вовсе – российская провокация.
Привычная для команды нелегитимного главы украинского режима пиар-компания вокруг инцидента ещё только разворачивается, но в том, что она будет носить нарочито антироссийский оттенок, нет сомнений. И цель ясна – попытаться рассорить партнёров, которые при ином раскладе вполне могут стать настоящими союзниками.
Понятно, что те, кто посылал дроны на танкеры, вдохновлялись американским примером, но попробуем копнуть чуть глубже. Не столь давнюю нефтяную войну между Россией и Саудовской Аравией, которая началась не только и не столько из-за Covid-19 в 2020 году, как оказалось, шесть лет назад удалось только притормозить. Всё шло к тому, что проблемы с нефтью очень скоро будут у всех.
Обострение не заставило себя ждать – пошли сменяющие друг друга волны санкций, вызванные как СВО, так и сопутствующими событиями. Однако даже вместе с пресловутым эмбарго и ценовыми «играми на потолке», всё это не привело к коллапсу. Сегодня же, после ещё одного обострения, инициированного лично президентом Трампом, вполне можно опасаться реального нефтяного кризиса.
Тем более, что после беспрецедентной разборки с Венесуэлой, а главное – с её законно избранным президентом Николасом Мадуро, началась настоящая война с танкерами. Пока она, к счастью, обходится без больших жертв. Но хотя двух российских моряков с «Маринеры» неожиданно быстро отпустили на свободу, перспективы остальных членов экипажа, среди которых – граждане Грузии и Украины, по-прежнему весьма туманны.
После прорыва от берегов Латинской Америки сразу 16 танкеров, в том числе и под российскими флагами, которые американцы тоже записывали в «санкционные», произошли ещё и инциденты в Чёрном море – сначала с терминалами, теперь с кораблями, перевозившими нефть из Казахстана.
Стоит напомнить, что в результате атаки украинских, и это уже доказано, беспилотных катеров получило серьёзные повреждения одно из трёх выносных причальных устройств терминала КТК. Оно вышло из строя, и от оператора магистральных нефтепроводов Казахстана «Казтрансойл» потребовались оперативные меры. Срочно была согласована переориентация части экспортных потоков нефти из системы КТК на Самару, нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан (БТД), а также частично в Китай.
А в январе были атакованы уже танкеры, и тоже в непосредственной близости с сооружениями Каспийского трубопроводного консорциума. 13 января стало точно известно, что атаке беспилотного летательного аппарата подвергся танкер MATILDA, зафрахтованный ТОО «НМСК «Казмортрансфлот», дочерней компанией КМГ. В результате на судне произошел взрыв, к счастью, без последующего возгорания и пострадавших среди членов экипажа. Корабль, как сообщили во фрахтовой компании, остаётся мореходным, признаков серьёзных конструктивных повреждений на момент первичного осмотра не было выявлено. Но причинённый ущерб ещё только предстоит оценить, как предстоит и принять решение о загрузке.
Судно MATILDA уже находилось неподалёку от терминала Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), ожидая загрузки казахстанской нефтью, которая была запланирована на 18 января 2026 года. По данным Министерства энергетики Казахстана, под отгрузку нефти на терминале КТК выделено выносное причальное устройство ВПУ-1.
Говоря о Казахстане, нельзя забывать, что по всем признакам, втянуть в нефтяную войну американское нефтяное лобби, беспардонно используя влияние нынешнего неуёмного хозяина Белого дома, пытается едва ли не всех.
В том числе и покупателей, начиная с Индии, и как очень хотелось бы – Китая, и кончая теми, кто вполне мог бы подстраховать рынок за счёт роста поставок.
Казалось бы, Вашингтону всегда можно рассчитывать на арабских шейхов с их уникальными возможностями свободно регулировать объёмы добычи и экспорта чёрного золота. Но новые угрозы США и Израиля в адрес охваченного протестами Ирана, с которым Саудовская Аравия и её союзники только-только начали восстанавливать хотя бы деловые отношения, делают подобную перспективу весьма сомнительной.
Окончание следует