Так решили переславны и переславцы. Вместе со всеми гражданами России. Да, и, возможно, всеми людьми Планеты Земля, которые однажды прочитали его книги и с того самого времени они уже не отпускают их. Потому как написаны Человеком, который прослыл не только классиком, но и будучи геологом искал в наших недрах нужное стране золото. И находил его. А уже потом всё, что пережил, воплотил в свои бессмертные творения. И мы уже более полувека читаем и перечитываем их…
О решении Думы Переславль-Залесского муниципального округа о памятном знаке в честь знаменитого писателя и геолога Куваева мне поведал лидер ветеранов Гусейн Исаевич Атабалаев. Позднее, на торжествах в честь дам элегантного возраста в «Петровском» мы, все собравшиеся, увидели этот документ за №17 от 26 февраля 2026 года. И даже подняли за это тост. И право, в те самые минуты я и в самом деле гордился, что мы все вместе много сделали для того, чтобы прочитать вот это:
«Установить мемориальную доску Куваеву О.М. на фасаде многоквартирного дома, расположенного по адресу: Ярославская область, г. Переславль-Залесский, ул. 50 лет Комсомола, д 9…».
Великий русский писатель Олег Михайлович Куваев любил и обожал древний город Переславль, который стал для него родным и близким. В письме к геологу Игорю Георгиевичу Шабарину в октябре 1973 года он сообщает: «… Пишу же я тебе из смешного города Переславля-Залесского. Пишу так просто…
Так вот, сидя в этом гнезде нашего Отечества: Загорск, Переславль-Залесский, Ростов тут же рядом – видишь, что предки наши были умные мужики, очень понимали в пейзаже. Красивее этих мест и не видал я. И вчера вот пошел полем от Плещеева озера, остановился и насчитал, что с этой точки видно восемь церквей, равномерно распределенных по горизонту.
Хорошие здесь места. О Вятке я тебе писал. Дней через десять я поеду в Калининскую губернию. Там дали намек на избу. А стоит все это в устье речки Нерль, у места ее впадения в Волгу, речка же Нерль вытекает из этого Плещеева озера, с берегов коего я тебе пишу. И отсюда до туда – шестьдесят километров…».
И спустя месяц в послании главному редактору Магаданского книжного издательства Людмиле Никифоровне Стебаковой он не перестаёт восхищаться переславскими далями:
«Николавна-а!
Вернулся я сегодня из Переславля-Залесского и получил письмо…
Был вот я в Переславле (это за Загорском) - до того уж там хорошо. И ведь рядом все…».
А в марте следующего 1974 года в письме сестре Галине Михайловне Куваевой литератор делится такими размышлениями: «… Сейчас я пишу из Переславля. Голова что-то тугая, и жить вроде пусто. Прочел от тоски как будто заново «Петр I» Алексея Толстого. Раньше я так читал, а сейчас прочел технически что ли. Ну, куда там к дьяволу мне серьмяжному! Вятской моей головки никогда не хватит на такую конструкцию и вообще, допустим, поднять такое. Силён был Алексей Николаевич, силён…».
И в июле того же года, когда до его ухода в мир иной оставалось всего -то ничего, он напишет: «…Мимо дома же проехал по той причине, что был уверен – вас там давно нету. Не хотелось сидеть одному, да еще в этом Болшево. Вот неделю тупо глядел на воды Переславского озера (Плещеева озера – С.Г.), немного пришёл в себя. Опять же возьму котелок, уйду в лес, чайку вскипячу, по оврагам пошляюсь. Природа она природа и есть. Она не подводит. Тем и жив…
Сломался я на этот раз. Может быть, так оно и надо, представляю какой бы из этой заграницы приехал преуспевающий. Я знаю истину, что литератору вредно преуспевать.
…Больше всего меня беспокоит дыра на месте романа («Правила бегства» - С.Г.). Абсолютная…
И месяц спустя: «…Во всякой медали своя оборотная сторона. Не попал я в Копенгаген, но зато пошёл роман («Правила бегства» - С.Г.) Сделал самое трудное – написал начало и теперь знаю о чем речь. Действующие лица ясны. Написав первую четверть черновика, немного успокоился. Сейчас добиваю второй вариант сценария1, делаю радиопьесу2 по большой просьбе Центрального радио и вчера договорился на сценарий для киевской студии по повести «К вам и сразу обратно». Специально из Киева приехал режиссер. Для радио делать не хотел, но они меня купили тем, что вся студия роман («Территория» - С.Г.) знает наизусть, и сказали, что дают мне полную свободу с условием, что если я напишу текст пьесы, они дадут лучших исполнителей и лучшее время дня, когда народ пришел с работы, но еще не сел за телевизор. Рассчитано пока три больших передачи.
1 Художественный фильм "Бросок". Таджикфильм, 1976-1978. Сценарий О. Куваева (по рассказу "Телесная периферия"). Режиссер А. Тураев.
2 Радиотеатр «Территория» (запись 1976), входит в «Золотой фонд», радиопередача ежегодно передавалась в День геолога.
И уже зимой 1974 года в письме своему другу писателю Альберту Валеевичу Мифтахутдинову Олег Михайлович будет отмечать: «… Вернулся я из древнего града Переславля-Залесского, который на Плещеевом озере. Причин для поездки было много. Во-первых, дама сердца <Светлана Афанасьевна Гринь> там живёт. Во-вторых, решил я уходить в моря, и надо было начинать с родины русского флота - Плещеева озера, где и стоит ботик Петра I–го. Ну, и в-третьих, должен был я посмотреть на древние стены с двух сторон, с той стороны, с которой, мы, татаре (монголы) их брали и с той, с которой мы, русские, их защищали…».
Эти письма предоставила мне бессменная муза и хранительница Памяти нашего классика Куваева Светлана Афанасьевна Гринь.
Помню, как вместе со старым другом Олега Михайловича и прекрасным фотографом Анатолием Григорьевичем Чайко они присутствовали в тот апрельский день в Центральной городской библиотеке имени А.П. Малашенко на вечере, посвященном романтику Севера. Переславны и переславцы, кому дорого куваевское творчество, его романы, рассказы, спектакли, радиопостановки и кинокартины, воспевшие героев произведений также были в той аудитории, где со стеллажей смотрели на них его книги, подшивки журналов «Вокруг света» и «Искатель» с литературными творениями советского Робинзона, исследователя неизведанных северных широт и горизонтов. И здесь же небольшая по своему формату, но пронзительная картина Надежды Александровны Лебедевой «Розовая чайка». Да, та самая необыкновенная в мире птица, о которой Олег Михайлович так признавался однажды в письме геологу Андрею Попову: « А ведь мне повезло в жизни: я уже увидел и держал в руках розовую чайку. Это редко кому удавалось».
Мы о многом успели поговорить на той памятной встрече. Его уже более пятьдесяти лет нет с нами, но его произведения и ныне востребованы и читаемы. В той же библиотеке, что стала своеобразным куваевским привалом, на них постоянный спрос. И те книги, что выходят уже о самом Олеге Михайловиче, они тоже имеют своих читателей. Как и тот фильм –экранизация его бессмертного романа «Территория» -он тоже фрагментарно демонстрировался в тот памятный день.
Помню, как мы прекрасно впечатлились тогда от новых произведений, сложенных в его честь. А ещё внимательно выслушали тех, кто ходил в 6-й микрорайон, на улицу 50 лет ВЛКСМ, в дом 9. Здесь в квартире 15 когда-то в семидесятых годах прошлого века жил и творил Олег Михайлович и теперь, чтобы на этом легендарном строении установить памятную мемориальную доску, следует собрать мнения всех жильцов, что проживают нынче в нём. Вы знаете, они все решили единогласно, что Знаку Памяти о Куваеве на их доме –БЫТЬ! И уже после с собранными документами, которых в той самой папке было более сотни, прошли все необходимые кабинеты, чтобы уже совсем скоро все мы, туристы из России, да и других стран –почитатели творчества легендарного северного романтика смогли прийти на эту переславскую улицу, возложить цветы и постоять в молчании, поразмышлять об этом необыкновенном человеке. Тогда и был объявлен сбор народных средств для мемориальной доски и люди их стали приносить и присылать. Со всей России. Кто сколько мог, тот и сделал свой посильный взнос в наше общее дело.
Теперь это уже всё позади. Нынешней весной, как только потеплеет, мы откроем памятную куваевскую мемориальную доску.
Сейчас, когда пишутся эти строки, отчётливо вспоминаю свой путь к творчеству Олега Михайловича. Пройденные мною тропы в горах Тянь-Шаня, где он бывал в экспедициях, пролёт на самолете над Чукоткой, где он искал золото, свежие номера журнала «Наш современник» с его романом «Территория», прочитанные мною во время срочной службы в забайкальском поселке Цугол –Дацан, первый мой приезд в семидесятых годах прошлого века в Переславль, где он творил. И его произведения о погранцах, которым и я стал и этой службе посвятил большую часть своей жизни. А ещё когда-то в молодости дробил золотоносную руду и выплавлял драгоценный металл в самых малых количествах в лаборатории. Как и Куваев. И еще помнится, как родные мне Анна и Анатолий Родионовы привезли с Чукотки только что изданный там роман романтика Севера «Правила бегства», и мы, отложив все дела, допоздна читали его. Да, таких книг сегодня и не сышещь. Их просто нет…
Так что уже сегодня мы занимаемся рассылкой приглашений на народное торжество в старинном городе. А затем, да, уж можно и немного помечтать, что когда-то, в прекрасном нашем городе появится и куваевская тропа, да и камень с гильзами земли с его колыбели –станции Поназырево, города Певека, с его гор, перевалов, других мест, где он успел побывать за свою короткую жизнь. А ещё где-то на берегу Плещея можно будет всем нам вместе развести небольшой костёр, попить крепкого чая, да и коньяка с ложечки.
Вот так и состоялся куваевский прорыв в древнем Переславле. Олег Михайлович и впрямь вернулся в наше сегодняшнее обыкновение. Может вскоре здесь и железнодорожный вокзал будет именован в его честь. Да, что там говорить - и произведения его начнут изучать всерьёз российские учащиеся. Не мешало бы задуматься над этим в Министерстве просвещения РФ. И кто знает, какую бы для себя профессию в будущей жизни выбрали бы тогда мальчишки и девчонки, если бы они, открыв страницы его книг, вчитались как следует в них… Кто знает, возможно, и тогда бы отчётливо поняли, что «…день сегодняшний есть следствие дня вчерашнего, и причина грядущего дня создаются сегодня… Где были, чем занимались вы все эти годы? Довольны ли вы собой?..».
Ведь так говорил Куваев. Он вернулся навсегда в лучший город Земли у древних вод Плещея. А всё остальное, как и пел его любимый бард Юрий Кукин:
Он задрожит миражом, он откликнется эхом
И я найду, я хочу, и мне надо хотеть…
Валентин Малютин, журналист