![](/assets/thumbs/3/3c0ef37cea60b48df8c3139ed13295f7.jpg)
"Мое послание новому миру" - в нём Масуд Пезешкиан, новоизбранный президент Ирана, изложил свои основные положения по внешней политике.
Новоизбранный президент начал свою колонку с признания политической стабильности Исламской Республики, сославшись на недавние выборы как на пример этой стабильности, которую он охарактеризовал как "конкурентную, мирную и упорядоченную". Затем Пезешкян подчеркнул необходимость укрепления консенсуса как на национальном, так и на международном уровнях для выполнения обещаний, данных в ходе избирательной кампании.
Избранный президент также обсудил сохранение достоинства Исламской Республики и влияния ее внешней политики на протяжении всего срока полномочий. В этой связи следует отметить, что стратегическая культура Ирана, охватывающая общие убеждения, допущения и способы поведения, основанные на общем опыте и принятых нарративах, которые формируют коллективную идентичность и отношения с другими группами, тем самым определяя соответствующие цели и средства для достижения целей безопасности, — не определяется каким-либо одним правительством, а является неотъемлемой частью непререкаемых принципов, на которых построена страна.
В общих чертах, в качестве основополагающих можно выделить два принципа, непосредственно связанных с исламской идентичностью, а остальные строятся на них:
1. Достижение единства внутри ислама посредством известного "умматического мандата". Это предполагает приверженность идее Имама Хомейни, основателя Исламской Республики, и стремление к примирению между суннитами и шиитами. По сути, ислам рассматривается как общий язык, позволяющий мусульманам взаимодействовать и вести дебаты в рамках этого языка. Технически это единство внутри ислама известно как "пост-мазхабское видение" (мазхаб в переводе с арабского означает юридическую школу).
2. Построение справедливого общества: это этико-политическое стремление, служащее постоянным, но никогда не достижимым горизонтом. Этот горизонт заставляет мусульман неустанно бороться с угнетением в его различных формах и проявлениях.
Таким образом, можно сказать, что фокусом, вокруг которого артикулируется весь иранский дискурс, является "исламская, революционная и антизападная идентичность". С этой точки зрения можно понять все аспекты внешней и оборонительной политики Ирана. Этот ключевой момент объединяет несколько значений, таких как независимость, сопротивление, исламское единство и ответственность перед Уммой, чтобы формировать исламский дискурс и одновременно отличать его от других.
Одним из уникальных принципов внешней политики Ирана является его ответственность перед мусульманским миром. Эта транснациональная ответственность рассматривает действия Ирана за пределами своих границ как "идеологический долг". В этих рамках проводится антисионистская политика и оказывается поддержка исламским движениям сопротивления в регионе, известным как "Ось сопротивления". В этом контексте президент в своей колонке призвал соседние арабские страны "сотрудничать и использовать все политическое и дипломатическое влияние для придания приоритетного значения достижению постоянного прекращения огня в Газе, направленного на прекращение массовых убийств и предотвращение эскалации конфликта".
Региональная политика Ирана не может быть понята исключительно с точки зрения инструментальной рациональности и логики затрат и выгод без учета логики ответственности, основанной на политическом исламе. Еще одним принципом, лежащим в основе стратегической культуры Ирана, является его антигегемонистское призвание и воля к сопротивлению. Исламская Республика, основанная на идее, что ислам должен преобладать, а не подчиняться другим, понимает, что другие страны не могут влиять на нее при разработке и осуществлении своей внешней политики. Эта антиимпериалистическая идентичность уходит корнями в историю Ирана и многочисленные попытки западных держав установить контроль над страной.
Для достижения своей контргегемонистской цели Иран стремится к преднамеренному сотрудничеству, коалициям и союзам между антигегемонистскими силами на индивидуальном, государственном и неправительственном уровнях. С этой целью Иран расширил усилия по созданию фронта борьбы с империализмом в Третьем мире, исламском мире и на азиатском континенте. В соответствии со своими дискурсами "антигегемонизма" и "сопротивления" Иран реализует две основные стратегии: политику "Взгляда на Восток" и альянсы Юг-Юг.
Еще одним важным принципом понимания стратегической культуры Ирана является проницательность. Этот принцип стал решающим во внешней политике Ирана со второго десятилетия Исламской революции. Основанный на шиитской политической юриспруденции, он стремится сочетать антинародное и антигегемонистское видение с осмотрительностью во внешней политике. Фактически, принцип проницательности возводит выживание Исламской Республики в ранг высшей ценности. Со времен Исламской революции Иран избегал серьезного участия в международных спорах и конфликтах, чтобы сохранить свое выживание и жизненно важные интересы. В этом смысле есть несколько примеров, свидетельствующих о том, что Иран принял прагматичный и ориентированный на возможности подход к снижению рисков и издержек в своей внешней политике. Доктрина проницательности также известна как доктрина стратегического терпения.
Продолжение следует