От Еропкинского до Садового кольца ещё пару переулков, а он ведёт от дома Тургенева к Поливановской гимназии. Прогулка по Еропкинскому – одна из самых коротких, но от этого не менее увлекательная, своего рода променад для студентов Лингвистического университета имени Мориса Тореза, более известного как иняз. Надо сразу отметить полное отсутствие в переулке даже намёков на питейные заведения, общепит, в том числе и сетевой, магазины и предприятия сферы услуг.
И это там, где помимо студентов не так мало местных жителей, и даже офисного планктона. А начинать знакомство с Еропкинским лучше ещё на Остоженке, во дворике, открытом со всех сторон, но только во время работы, у дома-музея Ивана Сергеевича Тургенева.
Дворик этот дополнен крошечным, но очень милым памятником несчастной собачке Муму. Её и разглядеть
совсем не просто, однако нос натереть Муму успели не хуже, чем пограничному псу
на станции метро «Площадь Революции».
По ту сторону Остоженки, где и начинается Еропкинский переулок, парадный двор самого иняза тоже не слишком располагает к посиделкам, и только потом - выйдя с переулка на Пречистенку, можно обосноваться в одном из лучших, и на мой взгляд, самом уютном дворике старой Москвы. О нём, на задворках бывшей Поливановской гимназии, а сегодня музыкальной школы имени Мурадели и известного, как Серовское, художественного училища было рассказано в очерке о Лёвшинских переулках – Большом и Малом.
Имя своё Еропкинский получил раньше многих других переулков в Хамовниках по фамилии самого титулованного из домовладельцев — московского генерал-губернатора XVIII века Петра Дмитриевича Еропкина, почему-то так и не причисленного к Екатерининским орлам.
Он жил совсем рядом, в собственном доме на Остоженке, где с начала XIX века располагалось коммерческое училище, от которого здание перешло всё тому же инязу, как его главный корпус.
Ну а старые имена переулка – Сонцов, а также Шеншин в честь солдата Преображенского полка, тоже домовладельца, давно ушли в историю. Начало переулка – не только главный корпус Лингвистического университета, но и ещё одно университетское здание.
Это узорчатый, отменно отреставрированный бывший Дом матери и ребёнка, где первая жена Сергея Есенина Зинаида Райх родила сына Константина, в своё время очень известного футбольного статистика.
Оставив позади иняз, минуем прямо-таки череду тихих хамовнических двориков за воротами, неказистыми, но закрытыми на самые хитрые замки. Из всех них заглянуть получится только в один – у дома 16, о котором позже. Впрочем, не так сложно войти и во дворик иняза, где не так давно установили поистине неповторимый памятник студентке, о котором мало кто, кроме самих лингвистов, вообще имеет представление.
А самый большой в переулке усадебный двор – у особняка Юдичева, который многие сетевые авторы «отдают» другой домовладелице - Чижовой, где давно обосновалось то ли само посольство, то ли резиденция посла Таиланда. Туда конечно, наведываются дипломаты, но непросто попасть даже в день исторического и культурного наследия, когда по традиции в Москве открываются двери многих посольств. Особняк, вместе со слившейся ним ныне воедино городской усадьбой Чижовой, был выстроен в 1909 году по проекту военного инженера Тулаева и архитектора Шнауберта.
В отличие от таких конкурентов по цеху, как Шехтель, Шервуд или Кекушев, Борис Шнауберт был не слишком увлечён идеями модернизма, хотя и участвовал в постройке известного всем дома Перцовой рядом с Храмом Христа Спасителя, который не раз называл слишком вычурным. Он очень много строил почти по классическим канонам для известной семьи кондитеров Абрикосовых, в том числе изящные особняки на Малой Красносельской и улице Лобачика.
Но в любом случае – там красиво, и скорее всего, вполне уютно, не зря же здесь в 50-е годы обосновался сам Никита Сергеевич Хрущёв. Ну а у Чижовой в переулке, помимо городской усадьбы, весьма скромной, был и доходный дом, остающийся жилым и сегодня . О нём ещё раз чуть ниже, но глядя, среди прочих, и на этот дом под 11-м номером, понимаешь, что Еропкинский переулок остался в числе тех, что почти не были затронуты стройками пятилеток и более поздними.
Но это, если конечно, не учитывать возведение здесь, в паре шагов от Академии Художеств, уже в XXI веке сдвоенного жилого, с нарочито помпезной оградой, дома, который даже фотографировать рука не поднялась. Архитектурному монстру – жилому комплексу с претензиями на элитность присвоили на Еропкинском номер 16 по крохотному домику, в два этажа с потрёпанной мансардой. Тот уже несколько лет подвержен реконструкции, это у него единственный в переулке не запертый наглухо двор и стоит он напротив весьма пристойного бывшего доходного дома работы архитектора Петра Щёкотова.
Постройку ещё 1902 года не так давно аккуратно
отреставрировали и разместили там, помимо непременного банка – Московского реконструкции
и развития, ещё и Постоянный комитет Союзного государства. Хорошо, что и то, и другое
- всерьёз и надолго. Ну а завершается переулок по его левой нечётной стороне как
раз жилым домом в наследство от домовладелицы Чижовой – он явно нуждается в
капремонте и на данный момент примечателен только подворотней с кованными
воротами.
Судя по виду этих ворот, они остались в наследство от протяжённых оград мало кому памятного храма, снесённого в 30-е годы для постройки жилого дома работников наркомата внутренних дел – тогдашнего элитного. У него по-прежнему прекрасный внутренний двор, а ограды и ворота впечатляют не только сохранностью и красотой литья, но и протяжённостью. Похоже, хозяйство у храма было далеко не бедное.
Однако этот храм, носивший имя Живоначальной Троицы в
Зубове, располагался не на Еропкинском переулке, а налево после выхода его на Пречистенку,
напротив упомянутой в начале очерка усадьбы Охотниковых с музыкальным училищем
и художественной школой. То есть между Троицким (по храму) и Штатным переулками,
которые теперь носят имена Померанцев и Кропоткинский, и вполне достойны моих отдельных
рассказов, где вспомним заодно и о снесённом Храме.
В завершение - если уж зашла речь о церквях и соборах в Еропкинском, нельзя не упомянуть доступный только инязовцам храм Святой равноапостольной Марии Магдалины при Лингвистическом университете. Он выходит окнами на Померанцев переулок, числится по Остоженке, а появился ещё в особняке Еропкина, как домовая церковь, и прекрасно, что не ушёл окончательно в небытие ни при Коммерческом училище, ни при инязе.