Как оценивает перспективы глабального противостояния на Ближнем Востоке, а главное - разразившуюся неожиданно для Вашингтона и Тель-Авива "войну технологий" ведущий эксперт по Ирану Раджаб Сафаров
Окончание. Начало читайте Подводный провал
Захват Dive-LD обнажил не слабость американской техники как таковой, а уязвимость всей схемы ее применения в чужой акватории. Проблема не в самом аппарате, а в его окружении — системе обеспечения безопасности. У аппарата нет дублирующего канала связи, который мог бы выручить при потере основного соединения, нет аварийного маяка для оперативного установления местоположения в нештатной ситуации, нет механизма самоуничтожения или стирания данных — и именно этот пробел обернулся серьезным стратегическим риском.
Более суток американские военные были в курсе «неисправности» аппарата — и не приняли никаких мер. Главная причина — нежелание идти на эскалацию и провоцировать открытый конфликт с Ираном. В условиях высокой напряженности в регионе любое силовое вмешательство (будь то отправка спасательных судов или удар с воздуха) несло риск прямого столкновения, на которое США не были готовы. Американское командование сочло, что риск полномасштабного конфликта — с вероятными потерями в живой силе и военной технике — не оправдывает попытки вернуть аппарат. Даже с учетом угрозы утечки передовых технологий, которые со временем могут обернуться против самих США, руководство сочло эскалацию слишком опасной. По оценкам аналитиков, потенциальная цена прямого столкновения в Ормузском проливе превышала стратегические издержки от попадания трофейного дрона в руки противника.
Сила Ирана — в методичном использовании позиционного преимущества. КСИР десятилетиями планомерно создавал в Ормузском проливе разветвленную сеть наблюдения. Когда дрон перестал выходить на связь — неважно, сам или под воздействием РЭБ, — иранцам не пришлось искать иголку в стоге сена. Они проверили конкретный сектор и оказались на месте быстрее американцев. В асимметричном противостоянии позиционное преимущество часто перевешивает технологическое.
Концепция attritable-систем, рассчитанная на допустимую потерю техники в рискованных операциях, в случае с Dive-LD дала серьезный сбой — и дело вовсе не в стоимости аппарата. Сама по себе утрата дрона вписывалась в доктрину: расходный характер техники изначально предполагал подобные издержки. Однако доктрина не учла куда более опасный сценарий — попадание передовой разработки в руки сильного противника.
Возможность обратного инжиниринга и последующего создания собственных аналогов превращает «допустимую потерю» в стратегическую уязвимость: трофейный аппарат может стать для соперника не просто экспонатом, а технологической основой для будущих, более продвинутых систем, способных в перспективе бросить вызов самим разработчикам. Именно этот риск, проигнорированный на этапе проектирования и планирования, и обернулся главным поражением США в инциденте.
Автор — глава Центра изучения современного Ирана