Не дожидаясь очередных промахов нацистской украинской военщины, Минфин США выдал спецразрешение на сделки с КТК, «Тенгизшевройлом» и Карачаганаком. Формально — это забота о стабильности рынка. Неформально — спасение активов Chevron и ExxonMobil, у которых там 15% и 7,5% соответственно.
Но это только верхушка айсберга. Главное — механизм, который позволяет обходить санкции, не нарушая их букву. И стоит напомнить, что нефть в трубе КТК — это коктейль, когда казахстанская и российская нефть идут по одной трубе и смешиваются. Разделить их физически невозможно. То, что заливают в танкер в Новороссийске, — это уже CPC Blend, а не «чистый» казахстанский сорт.
Вот почему пресловутый сертификат происхождения, то есть реальный санкционный инструмент — это не более, чем юридическая фикция. Покупатель получает документ, где указано казахстанское происхождение. Этого достаточно, чтобы формально не нарушать санкции. Но в реальности в танкере — смесь с долей российской нефти до 10–15%.
А на финише получется, что ЕС покупает CPC Blend, а не Urals. Официально Евросоюз отказался от российской нефти. Но статистика говорит сама за себя: в ноябре 2025 года ЕС импортировал 1,2 млн барр./сут. CPC Blend. Это основные объемы. Санкции соблюдены? Да. Нефть российская? Тоже да, но «размытая».
На практике Россия получает не только транзит, но и хорошо закамуфлированные доходы от экспорта. И это ключевой момент, который часто замалчивают. Речь не о «транзитных доходах». Речь по сути идёт о прямой и грамотно оформленной продаже российской нефти, просто под видом казахстанской. 10–15% от 70 млн тонн в год — это 7–10 млн тонн российской нефти, проданной через этот канал.
Понятно, что при таком раскладе, который, по всем признакам ни для кого, кто хочет знать и понимать, не секрет, США просто защищают свой бизнес. А ЕС довольно нахально плюёт на большого конкурента и использует лазейку. Санкции против России работают… но только на бумаге. А реальная нефть идёт, деньги поступают, а «озабоченность» остаётся красивой риторикой для новостей.
