Читатели, безусловно будут вправе критиковать автора за необоснованный оптимизм, но за пессимизм он ведь уже отписался (ССЫЛКА) Но всё дело в том, что российская экономика в предельно жёстких условиях практически завершила переход на рельсы госкапитализма. Более того, работать придётся, избавляясь от коррупции – нужда заставляет, иного не дано.
И становится абсолютно очевидно, что кроме курса в направлении аналога социалистического строительства, предложить сейчас не могут даже самые либеральные экономисты.
В самых высоких сферах успели вспомнить уже и НЭП, и Госплан (Скоро у нас всё будет по плану), а в сетях, наряду с отсылами к подзабытым, но "великим" - Александру Зиновьеву и Николаю Кондратьеву, стремительно набирает обороты «Косыгинский форум». Интеграция России в мировую экономику с наращиванием экспорта нефти и газа, с ликвидацией ряда конкурентоспособных отраслей, загоном в кабалу аграрного сектора, долгое время устраивала всех. Как за рубежом, что естественно, так и внутри страны, что уже совершенно неестественно.
Однако разворот отечественной бизнес-элиты и рулевых в экономике в сторону, если не патриотизма, то хотя бы прагматики, уже начался. И не только из-за пресловутой, фактически навязанной нам СВО. Это, среди прочего, подтверждается и самим ходом спецоперации, ведь если Россия её провалит, то можно ждать чего угодно, вплоть до апокалипсиса... Оборонная промышленность страны, выросшая как на дрожжах, и при этом во многом неожиданно для глобальных конкурентов, уже на практике играет роль того самого локомотива для остальных секторов. Вкупе с инфраструктурой, атомной и ракетной отраслями и, как бы там ни было, вместе с ожившим аграрным сектором.
За лидерами фактически вынуждены будут потянуться все остальные отрасли – без исключения.
Да, трудностей на этом пути будет столько, что мало не покажется никому. Но цепочки поставок теперь соединяют не просто отдельные страны, но регионы и континенты. И связи, которые есть между Россией и мировой экономикой, намного крепче, чем кажутся. На Россию приходится половина американского импорта урана, десятая часть меди и алюминия, огромная часть палладия и пшеницы с удобрениями. Без России никак не обойтись и по части редкоземельных металлов, хотя большинство из них покоится отнюдь не в наших недрах.
Но, казалось бы, сегодня именно Россию может ждать самый тяжёлый кризис, поскольку традиционная самодостаточность нашей экономики – это во многом стремление выдать желаемое за действительность. Однако в том, что из-за Украины и санкций, которых и без того было с избытком, для России ещё ничего не потеряно, убеждает не только позиция большей половины мира, но и оценки ряда западных экспертов. Редкие, но от этого не менее меткие.
Приведём здесь лишь одну – от Пола Крэг Робертса, доктора экономики и автора «рейганомики», занимавшего при президенте Рейгане не самый высокий пост заместителя министра финансов. Так вот, с его точки зрения, западные санкции уже негативно повлияли на Россию, но сколько-нибудь ощутимый негативный эффект возможен только если она сама будет проводить неверную экономическую политику. Робертс не раз называл порочной саму идею масштабных продаж за рубеж нефти и газа за валюту.
Казалось бы, бензиновый кризис из-за повреждения большей части российских НПЗ, подтвердил этот вывод, но всё дело в том, что бензин нам продать, как оказалось, куда сложнее, чем сырую нефть. А останавливать добычу на не самых прибыльных месторождениях – это работать против самих себя. Американский экономист, с учётом зависимости западных стран от российских энергоносителей и полезных ископаемых, уже пару лет назад предлагал не только применить ответные контрсанкции, но и использовать меру, которую уже много лет назад предлагали, как оппозиционные российские экономисты, так и тогдашний вице-премьер Дмитрий Рогозин.
Речь о продаже нефти и газа за рубли, что в своё время вызвало жёсткую отповедь от главы «Роснефти» Игоря Сечина.
Но, скорее всего, эта отповедь скрывала не что иное, как опасения за собственные доходы. Россия вообще могла бы ответить на санкции отключением нефти, что бы там ни говорилось о потере тысяч скважин, перекрытии газопроводов и поставок полезных ископаемых. Расклад остаётся прежним – тот же Робертс предупреждал, что, в этом случае Запад будет просто вынужден согласиться на всё, что укажет Россия.
И это продолжает писать и говорить один из наших
жёстких оппонентов, даже противников. Ещё с 80-х годов. Он считает, что
«русские могли бы закрыть западную промышленность, но боятся сделать это из-за
убытков в иностранной валюте». Продажа нефти и газа за рубли – это и есть борьба
за укрепление собственной валюты, которую надо лишь подкрепить строгим валютным
контролем, противодействуя спекуляции на долларах и евро.