Окончание. Начало читайте 1940-е. Немцы в Андорре...
Как и зачем Йоханнес Бласковиц вместе со свитой оказался в Андорре, записанной в годы войны в нейтральные, хотя настоящего нейтралитета тогда, похоже, не было ни у кого? Издание Diari Bondia, на которое мы уже ссылались в публикации «Княжество Андорра — последний ветеран», поспешило назвать всё это не иначе как «присутствие войск Гитлера на территории Андорры». Не вторжение и не оккупация, но тем не менее.
На фото открытия этой статьи генерал Йоханнес Бланес засветился вместе с куда более известными германскими полководцами - Эрвином Роммелем и Гердом фон Рундшетдтом, фельдмаршалами, но вряд ли они обсуждали "запасной аэродром" где-то между Францией и Испанией. Всё-таки миссия генерала Бланеса в малеьнькую страну среди гор была, скорее всего, не совсем военной, хотя и напрямую связанной с тем, что ожидало верхушку рейха после поражения.
Итак, продолжаем повторяться два года спустя, но не в рамках рубрики "Перечитывая заново" - просто потому, что с тех пор открылось всё-таки немало нового.
Ранее в Андорре уже находили неординарные фотографии другого Пантебре, не коллекционера, а репортёра Франсиско. Этот он чуть позже — в январе 1944 года — поймал в объектив среди гор княжества французского солдата с эсэсовской нашивкой. Интересно, что немецкие солдаты и офицеры на снимках на перевале сняты без оружия, о чём чуть ниже.
Кстати, тот же сетевой ресурс не так давно привёл достаточно убедительные доказательства, что в годы Гражданской войны в Испании Андорру посещал не кто иной, как В.А. Антонов-Овсеенко, тогдашний советский генконсул в Барселоне. С целью вполне объяснимой – чтобы вербовать сторонников, учитывая, что у княжества были очень плотные связи с насквозь республиканской Каталонией, и говорят там вообще-то на каталанском языке.
Андорра — по-своему уникальное даже среди других карликов малое европейское государство, вынужденное лавировать между Францией и Испанией. Там некоторое время ухитрился править, и весьма успешно, даже наш соотечественник — вольноопределяющийся при британском бронедивизионе, выдававший себя за бывшего белого офицера Скосырев, под именем князя и даже короля Бориса Первого.
Ему до сих пор в Андорре отдают должное за то, что дал старт превращению примитивного пограничного офшора в привлекательный европейский курорт. О пресловутом нейтралитете княжества в дни мировой войны весьма обстоятельно написано на страницах «Военного обозрения» «Андорра во Второй мировой войне». Ну а немцы в Андорре во главе с генералом Бласковицем оказались отнюдь не случайно.
В переломный момент Второй мировой войны, после краха под Сталинградом и поражения в Северной Африке под Эль-Аламейном, когда к тому же и японцы оказались на грани исчерпания всех возможностей дальнейшей экспансии на Тихоокеанском театре, фюрер не просто так заговорил о превращении Европы в крепость. Тогда же снова всплыли все проекты Mitteleuropa и шире, где таким странам, как Андорра, однозначно отводилась незавидная роль малых провинций. Геббельс вещал по этому поводу:
«Мы должны быстро расправиться с ними, это должно быть целью нашей борьбы по созданию единой Европы».
Не это ли так зацепило теперь журналистов и исследователей из Андорры? Их можно понять – всё-таки нельзя не гордиться нейтралитетом, когда по обе стороны от тебя если не пособники, то уж точно не враги гитлеровской Германии. Здесь уместно будет вспомнить о фотографиях немцев без оружия – на этих снимках они абсолютно уверены в собственной безопасности. Штаб-квартира группы армий под началом генерала Бласковица не так далеко – в Тулузе, и там ещё никто даже не начинал биться за «Свободную Францию» Де Голля.
На оборотной стороне одного из снимков так и написано: «Выйти из дома! Слева Андорра. С 12 по 29 ноября 1942 года». Если даже снимки являются более поздними копиями, ошибка в датах вряд ли возможна. Именно осенью 1942 года немцам надо было готовить пути сообщения с Пиренейским полуостровом. И отнюдь не просто так генерал Бласковиц на одном из снимков запечатлён в гражданской одежде.
Как известно, уломать каудильо Франко на вступление в войну в союзе со странами «Оси» фюреру так и не удалось. Никто не станет спорить, что испанская «Голубая дивизия» — не более чем мелочь на фоне румынских или венгерских армий. Даже болгары, всячески избегая схватки с «русскими братушками», куда больше испанцев содействовали Германии на других фронтах.
Хуже того, разумеется - хуже для Рейха, по самым разным каналам немцам поступала информация о том, что в Испании, а также и в «почти фашистской» Португалии не исключают открытия границ и побережья для союзников — США и Великобритании. Вероятность такого была, разумеется, ничтожно мала, но многие немецкие дипломаты и разведчики зачем-то регулярно уверяли фюрера, что ради несоразмерных прибылей в Мадриде и Лиссабоне могут пойти и не на такое.
В случае немецкой оккупации, на которую потребовалось бы не больше двух суток, тот самый форпост в нейтральной Андорре давал нацистам многое и сразу. Предоставляя не только возможность контролировать поступление на европейский континент самых разных товаров, в основном из Южной Америки, но и возможность свести к минимуму обратный поток – и прежде всего контрабанду.
Опять же всего того, что во время войны было куда нужнее Рейху. И наконец, быть может, главное – пути отхода. На случай поражения, которого, судя по застольным беседам Гитлера, записанным одним из его стенографистов Генри Пикером, не исключал сам фюрер, проще и удобнее всего покинуть Европу было именно через Пиренеи. И наименее опасным мог оказаться путь через территорию княжества Андорра.