Окончание. Начало читайте Путешествие юаня...
Число стран, центральные банки которых включили юань в свои резервные активы, приближается уже к 100, хотя пять лет назад их было только 70.
Китай пока, несмотря ни на что, в том числе и на давление США на Иран - один из главных поставщиков нефти в КНР, нарочито демонстрирует что-то вроде лояльности к доллару. К примеру, ещё в том же 2022 году КНР обязалась, хотя её никто не обязывал, предоставить 55 млрд долларов в виде кредитов и инвестиций для инфраструктурных проектов на Ближнем/Среднем Востоке. Да, Китай инвестирует, но при этом активно покупает пока в основном нефть и газ, но и вкладывает в кадры, которые работают и на него, и на его собственную экономику.
Вложения, скажем, в учебные заведения столь обширного региона, сделанные китайцами, составляют существенную часть всех инвестиций из КНР – по разным оценкам, от 2,5 до 4,5%, и подкрепляется это очень активным внедрением в местные вузы квалифицированных преподавателей из КНР, а заодно студентов и аспирантов.
К настоящему времени уже известно, что к юань-проектам китайцам удалось привлечь Саудовскую Аравию, Египет и Иран, а также структуры, связанные с Советом сотрудничества арабских государств Персидского залива. Эксперты МВФ ещё до двух антииранских военных операций США посчитали это вполне очевидным признаком того, что все партнёры Китая прямо или косвенно участвуют в этой кампании против американской валюты.
Среди самых известных сделок и инвестиций в юанях выделим покупку в марте 2023 года китайской национальной офшорной нефтяной корпорацией CNOOC крупной партии сжиженного природного газа (СПГ) у французской TotalEnergies на Шанхайской бирже. Дальше были обмен валютами между госбанками КНР и ОАЭ, а также не самые крупные, но зато многочисленные вложения в строительную и железнодорожную отрасли Ирана.
А еще целый «сериал» по финансированию Египта с помощью облигаций, номинированных в юанях. Остаётся добавить, что юани, которые всё активнее приходят на какой-либо рынок, уже не возвращаются.
Возвращается в Китай прибыль, как правило, валютная, возвращаются товары, но прежде всего технологии и доли в зарубежном бизнесе. Для тривиального возвращения юаней в страну ставятся максимально возможные препятствия, стимулирующие возврат инвестиций в Китай в любом ином виде.
В Китае лучше иных и не хуже американцев всегда знали и теперь не только знают, но и опираются на аксиому Маркса: лучший из видов экспорта – это экспорт денег. Но экспансия юаня очень активно подкрепляется экспансией товаров из КНР, цена которых номинирована в китайской валюте.
Однако при расчёте за неё всё делается для того, чтобы счета по расчётам с компаниями из КНР были в итоге мультивалютными. Тут тоже упакована взаимная выгода, которая развязывает руки обеим сторонам.