С 1 сентября в России планируют начать повсеместное внедрение цифрового рубля. К этой дате к платформе цифрового рубля должны подключиться системно значимые банки и крупные торговые сети. С внедрением цифровых денег российскому рублю в рамках интеграционных структур уже вряд ли понадобятся «заместители». И тем не менее...
В России уже опробованный на практике цифровой рубль будет представлять собой третью форму национальной валюты. Он станет обращаться наравне с наличными и безналичными средствами, обладая равной с ними стоимостью. Для проведения операций с цифровыми рублями уже создана ИТ-платформа Банка России, на которой гражданам будет предоставлена возможность открывать кошельки через коммерческие банки. Пользоваться ими можно будет при помощи привычных приложений.
С внедрением цифрового рубля, а вслед за ним и других валют в цифре всё станет не только проще, но и выгоднее для всех участников расчётов, которые выходят за границы той или иной страны.
Российским Центробанком новация, напомним, подаётся как инструмент абсолютно надёжный, удобный и к тому же основательно защищённый от курсовых и иного рода рисков. Но главное – абсолютно прозрачный, то есть тот самый – «независимый» от плохо контролируемой конъюнктуры и негативного влияния сторонних факторов и прямых конкурентов.
При этом давние оппоненты идеи, которая по всем своим ключевым параметрам действительно соответствует IT-реалиям XXI века, ныне критикуют её уже не столько как главную составную часть пресловутого «цифрового концлагеря», сколько за ползучую монополизацию финансовой сферы. Разумеется, под контролем центральных банков. По этом поводу нельзя не напомнить, что госбанки – это по определению монополисты в сфере регулирования финансовой сферы в своей, то есть отдельно избранной, стране. И контрольный пакет акций крупнейшего из коммерческих банков России Сбербанка, остающийся в распоряжении ЦБ РФ, ещё не делает того монополистом банковской сферы в стране.
Но цифра в широком смысле – это ещё и инструмент дистанцирования внутренних финансов от внешних воздействий. Поэтому наиболее востребованными цифровые деньги окажутся, по всей видимости, во внешнеторговой сфере. Там они могут избавить партнёров, в том числе в ЕАЭС, от необходимости просчитывать под валютные курсы и меняющиеся «правила игры» – условия по налогам, таможенным платежам, страховкам и т. п. секторам.
Сейчас цифровой рубль, очень похожий на безналичный, но в корне отличный от криптовалют, уже не так сложно реально встретить в России – это не более чем продукт реализации пилотного проекта ЦБ РФ ещё трёхлетней давности. В нём, начиная с августа 2023 г., принимали участие 15 банков, в том числе Сбербанк, около 10 тысяч граждан и немногим более тысячи коммерческих структур разного профиля, несколько страховых компаний, операторов связи и благотворительных фондов.
Показательно что в числе участников были АЗС, что особенно интересно с учётом недавнего острого бензинового кризиса.
Всего же на цифровой ИТ-платформе за время обкатки цифрового рубля было открыто около 2,5 тыс. кошельков для физических и юридических лиц. И такое вообще-то привлекательное удобство, как возможность отслеживать расходы детей, которое очень понравилось председателю правления Россельхозбанка Борису Листову, в данном контексте отнюдь не на первом месте. А вот для предприятий, особенно в сфере государственного заказа, цифровой рубль наверняка станет полезным финансовым инструментом для контроля целевого расходования госсредств.
Нелишне в этой связи напомнить, что ещё в июле 2019 года группа из 16 крупных банков ЕС в пяти странах объявили о своих программах по поддержке и развитию EPI – Европейской платёжной инициативы. В списке лидеров тогда числились и офшоры – Швейцария, Люксембург, Монако Сан-Марино. Главными же проводникам «цифровизации денег» выступили Бельгия, Франция, Германия, Нидерланды и Испания. Вскоре случилась пандемия и показалось, что для мощного стимула к резкому росту онлайн-платежей и переходу на цифру настало самое лучшее время.
Продолжение следует